Цикл бесед «Паутина зависимости»

Часть 4. Юриспруденция, медицина и душепопечение в помощь зависимым и их родным …

Часть 1. Наркозависимость: психолого-психиатрический, духовный и эпидемиологический аспекты

Часть 2. Наркозависимость: социальный и юридический аспекты

Часть 3. Наркозависимость и наркоторговля: юридический и морально-нравственный аспекты

Представляем вашему вниманию заключительную, четвертую часть нашего цикла «Паутина зависимости» о предупреждении попадания в наркотические сети, а если этот губительный путь уже избран вами или близким вам человеком, то даем советы, как можно остановить это падение в бездну, восстановить свои психоэмоциональные ресурсы, духовно укрепиться, стабилизировать свое состояние психики, души и вернуться в социум, реабилитироваться и ресоциализироваться, не попав при этом в ловкие, цепкие лапы мошенников-манипуляторов, выдающих себя за спасателей/спасителей, на деле же являющихся ловцами душ и личных денежных средств обращающихся к ним за помощью.

Сегодня мы говорим о самом главном – о практической поддержке людей всех возрастов, оказавшихся у края пропасти, переступив который или смерть, или секта, или тюрьма. Беседуем о том, как вытащить близкого человека из трясины зависимости, когда кажется, что все системы работают против вас, сообщая публично, что проблемы такой как таковой в современном российском обществе в общем-то особо и нет. А кто продолжает бить во все колокола и настаивать на акцентировании внимания на том, что наркоэпидемия в стране нарастает, их, объективно трезвомыслящих людей, лукаво пользуясь проводимой Россией на Украине спецоперацией, пытаются обвинить чуть ли не в работе на врага.

Но давайте посмотрим смело правде в глаза и поможем разобраться в происходящем и как помочь семьям, попавшим со своими родными в этот омут. Здесь то, о чем далеко не все могут сказать. Делитесь, распространяйте!

Спикеры в московской студии:

– Петр Викторович Петров – адвокат, коллегия адвокатов «ЭксЛедж» города Москвы, общественный деятель

– Николай Владимирович Каклюгин – врач-психотерапевт, кандидат медицинских наук, член Экспертно-консультативного совета при Управлении аппарата Государственного антинаркотического комитета по Центральному федеральному округу (2009 – 2011 гг.), методист по работе с общественностью и педагогическими кадрами в рамках профилактики зависимого поведения Отдела социально-идеологической деятельности ГБОУ «Дворец пионеров и школьников им. А.П. Гайдара» Юго-Восточного окружного Управления образования Департамента образования г. Москвы (2009 – 2012 гг.), заместитель главного нарколога Краснодарского края по лечебно-реабилитационной работе (2013 г.), председатель регионального отделения Общероссийской общественной организации «Матери против наркотиков» в Краснодарском крае (2013 – 2023)

Вводная часть

Картина, которую мы наблюдаем сегодня в России на улицах наших городов и не видим на экранах федеральных телеканалов, полна тревожных противоречий. С одной стороны, по далеко неполным, как утверждают частнопрактикующие врачи психиатры-наркологи и психиатры, официальным данным Министерства внутренних дел РФ, уровень наркопреступности вроде как остается стабильно высоким, но не возрастает. Более того, в этом ведомстве смеют утверждать, что число наркопотребителей в России снижается, докладывая на самый верхний эшелон власти эту удобную тем, кто жаждет превращения русского народа в горстку обслуживающего персонала для шахт, рудников, заводов, «газонефтепроводов», «нефтеналиваек» и «газокачалок», фальшивую статистику. На учете наркоманов в наркологической службе, быть может, и правда все меньше, но связано это не со снижением их численности, а с иными факторами, о которых здесь предпочитают умалчивать. При этом в незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров все чаще вовлекаются совсем еще молодые незрелые люди – школьники, о чем мы рассказывали в наших публикациях на сайте «Попечение». Читайте дополнительно «О “серийных убийцах” и “маньяках”, причастных к наркоэпидемии в России» и «В России тысячи подростков делают закладки с наркотиками. Как жажда денег приводит их в тюрьму?..».

И что бы ни утверждала такая же, примерно, как у МВД «статистика» государственной наркологической службы, возраст приобщения к приему запрещенных наркотических средств и психотропных веществ неуклонно снижается, а структура потребления неумолимо подавляюще смещается в сторону синтетических, «дизайнерских» наркотиков, таких как «соль» и «мефедрон» – веществ, разрушающих личность за считанные месяцы. Однозначен факт – официально докладываемые «наверх» цифры больных наркоманией не отражают суровой и крайне тревожной действительности для и без того нещадно уничтожаемого в зоне проведения СВО на Украине и прифронтовых, приграничных территориях русского генофонда, так как сотни тысяч страдающих и погибающих от последствий синдрома наркотической зависимости людей годами остаются «в тени», не обращаясь за психиатрической, психологической и наркологической помощью. Ровно также, как и их родственники. Такая тенденция, нисколько неизменная все текущие годы, начиная с момента ликвидации ФСКН России, Госнаркоконтроля в 2014 году, стремительно обнуляет перспективы демографического роста.

Прежде чем посмотреть предлагаемую вашему вниманию видеозапись беседы, попробуем объяснить, как говорят, «на пальцах», простыми словами, с чем же связана искусственно формируемая определенными профильными госструктурами, министерствами и ведомствами, научными учреждениями разница между реальными цифрами наркопотребителей в России и подаваемыми структурами МВД России и государственной наркологической службой правительству и президенту РФ. Первично, навскидку это связано с нежеланием идти лицам, больным наркоманией в малоэффективную госсистему оказания наркологической помощи, становиться там к тому же на учёт (фактор стигматизации), а скрыться от учёта и всё же иметь более высокий шанс на отрезвление, освобождение в частных реабилитационных центрах и церковной системе помощи наркозависимым, где такой учет исключен. Или есть иные причины, о которых большинство обычных жителей, так называемых обывателей права знать не имеет. Чтобы не способствовать возникновению каких-либо конспирологических теорий на сей счет, покажем здесь причины сокрытия истинного положения вещей, печального и удручающего на самом деле, с уровнем наркотизации наших с вами сограждан. Не говоря о ежегодно тысячами ввозимых из известных стран неподалеку наркомигрантов-нелегалов, да и «легалов» тоже.

Подаваемые в высшие правительственные круги недостоверные сведения основаны на данных о низкой обращаемости наркологических пациентов в профильные лечебно-реабилитационные учреждения государственного образца, что ни коим образом не означает снижения проблематики. Низкая обращаемость в свою очередь связана с нежеланием людей хоть каким-либо образом сталкиваться с этой системой, фиксироваться как ее участник, пациент. Ведь человек, состоящий на наркологическом учете, попадает под реальные ограничения из-за той самой стигматизации: запрет на владение оружием, невозможность получить водительские права категорий C и D (а в некоторых случаях и лишение прав категории B), проблемы с трудоустройством в государственные структуры, силовые ведомства, на транспорт – разработан, утвержден и регулярно дополняется длинный перечень ограничений на различных производственных предприятиях для такого контингента. Сам факт учета означает для человека клеймо «наркомана», что ломает социальные связи и карьеру. Даже после снятия с учета (через 3-5 лет проводимого лечения с последующей стационарной и постстационарной, амбулаторной реабилитацией, помощью в трудоустройстве, что на самом деле на всех этапах «хромает на обе ноги») информация может негласно сохраняться в базах данных, и при любом контакте с государственными органами (например, при получении справки из наркодиспансера для водительских прав или разрешения на ношение оружия для охранника ЧОП, частного охранного предприятия) эта история может «всплыть».

Однако можно предположить и иные причины, о которых может не знать обычный гражданин, так называемый обыватель. Назовем их «фактор предложения» со стороны государства. Выше мы разобрали условный «фактор спроса» или запроса от человека, скажем так, низового потребителя и его близкого окружения. Здесь же отметим менее очевидные, но не менее существенные причины, которые могут объяснить, почему государственная система заинтересована в занижении или искажении статистики.

1. Ведомственная отчетность и «показатели эффективности»

· Система МВД и наркоконтроля отчитывается по количеству раскрытых преступлений и выявленных наркопотребителей. Это создает систему, ориентированную на «палочную» систему, а не на реальное положение дел. Проще выявить и поставить на учет несколько потребителей конопли, чем раскрыть сложную схему поставок сильнодействующих высокотоксичных синтетических наркотиков, которую отследить и зафиксировать очень сложно из-за системы так называемых «бесконтактных закладок».

· Целевые показатели: Спущенные сверху планы по «профилактике» ведут к тому, что на учет ставят тех, кого легче всего найти (например, по результатам тестов в учебных заведениях или по мелким правонарушениям), игнорируя крупных наркодилеров и скрытых потребителей.

2. Репутационные риски

· Признание реального масштаба проблемы (например, в миллионы человек) было бы признанием кризиса и неудачи социальной политики государства. В официальной риторике успех в борьбе с наркотиками – это один из элементов образа «сильного государства».

· Репутационные риски. Высокие реальные цифры подорвали бы миф о «здоровом обществе» и создали бы образ России как страны, охваченной наркоэпидемией, что неприемлемо с точки зрения государственного пиара.

3. Методологическая ошибка

· Официальная статистика оперирует понятием «больные, состоящие на учете». Это не эпидемиологическая оценка, а учетная величина. Она по определению не может отражать реальное число потребителей, так как считает только тех, кто попал в систему.

· Для оценки реального числа используются эпидемиологические модели (например, метод «умножения на коэффициент»), но эти коэффициенты могут устаревать или намеренно занижаться в официальных отчетах. Независимые исследования часто дают цифры, в 5-10 раз превышающие официальные.

4. Экономическая причина. Признание масштабов проблемы потребовало бы колоссальных финансовых вливаний в перестройку наркологической службы, подготовку кадров, создание системы реабилитации. Гораздо дешевле содержать существующую учетно-репрессивную систему. О рестриктивной наркополитике здесь.

Резюмируем. Разрыв между реальными и официальными цифрами – это системный сбой, вызванный действиями обеих сторон. Со стороны граждан мы видим рационально обусловленное нежелание обращаться в карательно-учетную систему, которая дает мало шансов на излечение, но гарантирует социальные и правовые проблемы. Со стороны государства фиксируем заинтересованность в занижении статистики в угоду ведомственным отчетам, политической целесообразности и экономии бюджетных средств, что стало особенно актуальным с момента начала проведения Россией специальной военной операции на Украине, с февраля 2022 года и далее по нарастающей.

Таким образом, большинство простых неосведомленных россиян, действительно, не видят всей картины, воспринимая официальные цифры как отражение реальности, в то время как они являются лишь отражением пропускной способности и идеологической настройки самой государственной системы наркологического учета. Никакого снижения потребления алкоголя и наркотиков в стране не происходит. Ситуация становится все сложнее. Начинают возвращаться ветераны СВО, часть из которых неизбежно осложнит наркологическую ситуацию в России. Немалая причем часть. Это неизбежно. Факт, который важно понимать и учитывать. Но никто, судя по отсутствии утвержденной на правительственном уровне и профинансированной должным образом на годы вперед госпрограммы по восстановлению бойцов после ранений через системную работу по сформированному у них в подавляющем большинстве (это тоже отрицается) посттравматического стрессового расстройства, ПТСР, обязанность их ее проходить, а не желательность – никто из власть имущих это нарастающей взрывной волной ПТСР-щиков не озадачен. Автор волонтерит в помощь фронту с лета 2022 года и понимает, о чем говорит. С «высоких «трибун» проблематика не озвучивается, затирается «под шумок» иных абсолютно новостных поводов известных псевдопатриотов-«пропагандистов». О них в отдельном материале не здесь. Начат выпуск публикаций на эту тему.

Вместе с тем, эксперты в студии, чью беседу вы решили прослушать, посмотреть, наблюдают и другой разрыв: между государственной системой наркологической помощи, которая часто ограничивается лишь детоксикацией и учетом, и частными стационарными реабилитационными учреждениями, центрами, в том числе для несовершеннолетних (свежая жуткая история прогремела только что на всю страну), чье качество и методы работы порой остаются «черным ящиком» для отчаявшихся родственников. К сожалению, во многих госучреждениях системы наркологии до сих пор преобладает советская модель, ориентированная на изоляцию и «учет», а не на современные эффективные длительные программы реабилитации и ресоциализации. Вследствие слабого финансирования и низкого уровня привлекаемых специалистов, должного эффекта они, как правило, не дают. Нехватка психологов, социальных работников, внедренных и успешно реализуемых современных методик медико-социальной реабилитации и психологической коррекции. Основной метод – это по-прежнему медикаментозное «кодирование» или детоксикация без последующей психосоциальной поддержки. В альтернативные, порой «мутные» реабилитационные программы, но с красивым сайтом и «специалистами» в накрахмаленных халатах человек вынужденно обращается, пытаясь решить свою проблему или проблему родственника, друга, супруга, супруги без социально-правовых последствий. Как не попасть из одной беды в другую? Как отличить профессионалов от шарлатанов?

И, пожалуй, самый тяжелый вызов – это столкновение попавшего в психологический, а затем и психофизиологический капкан зависимого от приема наркотиков человека и его родных с правоохранительной системой. Ежегодно тысячи семей сталкиваются с задержанием близкого человека за хранение или сбыт наркотических средств и психотропных веществ по называемой уже несколько десятков лет «народной» статье 228 УК РФ. Раньше, в советское время и первые годы после распада Советского Союза самой «популярной» в местах лишения свободы была статья 158 Уголовного кодекса, кража. Тоже характерный признак разрушения системы сдерживания наркопотоков «нового времени»… В момент задержания подозреваемого по наркостатье сразу же встает остро, болезненно вопрос: как выбрать адвоката, который будет бороться, а не отбивать себе гонорары в карман, нисколько не заботясь о судьбах подопечного и его родных? И ряд других. Например, правда ли, что бюджетный, предлагаемый органами полиции, дознания, следствия адвокат по умолчанию хуже частного? И что на самом деле стоит за судебным приговором – кара или шанс на принудительное отрезвление?

В предлагаемом вашему вниманию выпуске мы не будем давать простых ответов, потому что их нет. Но мы соберем воедино три ключевых опоры спасения:

1. Юриспруденцию – как защитить права и понять логику системы.

2. Медицину – как выбрать по-настоящему эффективную программу реабилитации, где церковная, православно-ориентированная помощь становится гарантией не только духовной, психосоциальной, нравственно собирающей, возвышающей падшего в пучину зависимости, в итоге – отчаяния человека, но и простой, такой важной ему человеческой поддержки.

3. Душепопечение всей семейной системы – как помочь всей семье с ее искаженными внутренними и внешне ориентированными моделями поведениями, потому что зависимость одного – это болезнь всех сопричастных из ближнего родового, семейного круга.

Альтернатива низкоэффективной государственной наркологической службе – это частные наркологические, лечебно-реабилитационные и церковные, православные душепопечительские центры. Сектантские, неопятидесятнические и сайентологические проекты, иные им подобные как здоровая альтернатива отрезвлению в госструктурах не рассматривается. Перезависимость от одного пристрастия на другое никогда не станет искомым результатом в профессиональных терапевтических сообществах, программах реабилитации и ресоциализации наркозависимых людей, как и зависимых от алкоголя, гаджетов, социальных сетей, игр-«стрелялок» и прочей подобной вредоносной гадости. Анонимность здесь – это главное преимущество. Частные центры часто предлагают более комплексную, мультимодальную программу, включая психотерапию, трудотерапию, работу с семьей. При этом в церковных и некоторых частных центрах используется сильная идеологическая или духовная составляющая, целеполагание, смена мировоззрения, которая для некоторых людей оказывается более действенной, чем медицинские процедуры. Именно такие выводы были, кстати говоря, сделаны, научно доказаны, обоснованы в диссертации на стыке богословия и психиатрии на соискание научной степени «кандидат медицинских наук» одним из участников беседы.

Мы развенчаем миф о так называемых «легких» наркотиках, поговорим о том, почему мировоззренческий кризис в обществе подпитывает наркоэпидемию, и обсудим заслуживающие особого внимания труды нашего современника, иеромонаха Прокопия (Пащенко), насельника Соловецкого ставропигиального мужского монастыря, который рассматривает зависимость как духовную болезнь, требующую глубокой всесторонней терапевтической проработки. Рецензия на них здесь и здесь.

Этот выпуск – навигатор для тех, кто не готов сдаваться. Для тех, кто ищет не просто информацию, а стратегию выживания и возвращения к жизни. Присоединяйтесь к нашему важному разговору. И распространяйте, если он пришелся вам пор душе и ответил на те вопросы, на которые конкретики внутри, понимания раньше не было.

В четвертой части беседы разбираем вопросы:

• Как определить качественную реабилитационную программу для зависимого родственника

• Церковная система помощи наркозависимым как гарантия качества душепопечения

• Правильное понимание причин помещения наркозависимого в места лишения свободы и работы по его освобождению

• Выбор адвоката после задержания родственника за хранение / сбыт / распространение наркотиков

• Оптимальный путь выбора доверителем адвоката

• Адвокат или нарколог-бюджетник еще не означает низкую эффективность работы

• Этапы прохождения качественной лечебно-реабилитационной программы для зависимых

• Отрезвление зависимого – работа всей семьи

• Где лучше всего проводить профилактику зависимого поведения детей и подростков?

• Контрабанда наркотических веществ и их прекурсоров из-за рубежа – умысел по незнанию

• Адвокат адвокату рознь: ошибки восприятия родными заключенных

• Развенчиваем миф о «легких» наркотиках

• Высокотоксичные наркотики типа «соль», «мефедрон»: история вопроса

• Раннее выявление зависимости у школьников – вопрос безопасности учреждений

• Мировоззренческий сдвиг как детонатор наркотического бума и преодоление зависимого поведения

• Труды иеромонаха Прокопия (Пащенко) о проблеме зависимого поведения

Видео размещено ниже.

Просмотр также возможен в социальной сети «ВКонтакте» и в «Одноклассниках».

Частью 4 выпуска цикла наших бесед «Паутина зависимости» мы завершаем 2025-й год и вместе с ним разбор вопросов химической, наркотической зависимости и в следующих выпусках бОльший акцент сделаем на нехимической зависимости – от тоталитарных деструктивных культов (сект) и деструктивных субкультур. На том поле работы тоже непочатый край. «Жатвы много, а делателей мало», – ничто не меняется с евангельских времен. Это из Евангелия от Матфея. Информационная среда только становится вокруг всё токсичней, лицемерия и фальши всё больше. От того и прячется человек в «химию» и иные зависимости. Но это лишь верхушка айсберга и, вероятнее всего, совсем не корень проблемы. Поговорим об этом в следующих выпусках.

Следите за публикациями на нашем сайте и в ассоциированных с ним ВК-группе и Telegram-канале.

Николай Владимирович Каклюгин, врач-психотерапевт, кандидат медицинских наук, член Экспертно-консультативного совета при Управлении аппарата Государственного антинаркотического комитета по Центральному федеральному округу (2009 – 2011 гг.), методист по работе с общественностью и педагогическими кадрами в рамках профилактики зависимого поведения Отдела социально-идеологической деятельности ГБОУ «Дворец пионеров и школьников им. А.П. Гайдара» Юго-Восточного окружного Управления образования Департамента образования г. Москвы (2009 – 2012 гг.), председатель регионального отделения Общероссийской общественной организации «Матери против наркотиков» в Краснодарском крае (2013 – 2023), руководитель проекта «Попечение», администратор Telegram-каналов «Помощь нашей армии» и «Медпомощь фронту», член Координационного (Наблюдательного) совета Ассоциации патриотических сил юга России

В ВК-группе «Попечение»

В Telegram

В социальной сети «Одноклассники»

Тэги: 228УКРФ, душепопечение, зависимоеповедение, лечениенаркомании, наркомания, наркопреступность, наркостатьи