Горевание о погибших
Помочь себе и близким в неразрешимой без специалистов ситуации …
Острое горе – не про плохое настроение, которое пройдет само. Это тяжелая психическая травма, сопоставимая с тяжелой физической раной.
Представьте, что у человека открытый перелом. Скажите ему уже знакомые всем слова: «Возьми себя в руки, погуляй, подумай о хорошем и кость срастется«. Нет. Ему нужен хирург, гипс, время на сращивание и продолжительная реабилитация. С психической травмой то же самое. Боль, которую часто описывают как «крыша едет«, «не могу дышать«, «хочу закрыть глаза навсегда» лишь симптомы этой травмы. Без направленной, профессиональной помощи эти симптомы не только не пройдут через год, они могут кристаллизоваться в хроническое состояние – осложненное горе, депрессию, ПТСР. «Само» часто не рассасывается. «Само» часто застревает.
Горевание – процесс приспособления к миру, в котором больше нет любимого, дорого, важного, родного, …, … человека.
Это не про «отпустить и забыть», это про научиться жить с этим отсутствием, с пустотой. На это нужны годы, а не месяцы. И да, через год может стать не легче, а по-другому и, зачастую, тяжелее, потому что уходит онемение шока и приходит холодное, полное осознание необратимости.
Почему «прогулки«, «сила воли» и «работа» не помогают (или помогают лишь как краткое отвлечение)?
Потому что они пытаются воздействовать на уровень сознания («не думай«), в то время как травма живет в более глубоких слоях психики: в нервной системе, в теле, в бессознательных паттернах. Вы не можете «заставить себя не думать«. Травма продолжает посылать сигналы боли, паники и отчаяния, вопреки всем вашим сознательным усилиям.
Почему нужна и важна терапия со специалистом? Его задача:
1. Не дать вам застрять. Он поможет пройти через самые темные, пугающие фазы горя, не разрушив себя окончательно.
2. Дать инструменты для регуляции. Научит, как справляться с паническими атаками, навязчивыми мыслями, бессонницей не через подавление, а через понимание и безопасные техники.
3. Помочь переработать травму. С помощью специальных методов (ДПДГ, соматическая терапия, терапия принятия) он поможет не «стереть» боль, а интегрировать этот опыт в вашу жизнь так, чтобы он перестал парализовать вас в настоящем.
4. Создать безопасное пространство. Где можно плакать, злиться, быть слабым, говорить самые «неправильные» мысли и не получить в ответ совет «держись».
Если вы уже полгода пьете таблетки, но вам не легче, скорее всего, это знак, что нужна коррекция лечения и усиление психотерапевтической работы, а не отказ от помощи.
Обращение к врачу-психотерапевту, психологу самый разумный поступок, который вы можете сделать для себя и своих близких. Это выбор в пользу того, чтобы не просто бесконечно страдать, а пройти через это страдание, минимизируя разрушения и находя опоры внутри себя. Если этого не сделать, законсервировать проблему, она будет давить всё сильнее и сильнее на психику, приводя порой к крайне серьезным последствиям.
Специалисты работают с участниками СВО и членами их семей, как хирурги, оперируя различным психотерапевтическим инструментарием его психологическую «опухоль». Но основную работу по реабилитации человек должен делать сам. Психолог не отменит опыт, полученный на СВО, но может научить интегрировать его в жизнь. Важно, чтобы у вернувшегося с войны, да и у того, кто возит далеко вперёд, к линии боевого соприкосновения с врагом, ЛБС гуманитарную помощь, и уже успел потерять там многих ставших ему близкими воинов, беспомощно горюя об их утрате, было желание решать эту сложную многокомпонентную проблему, иначе врачи и психологи окажутся малоэффективны, а то и вовсе бессильны.
Безусловно, в России в конце концов должна быть создана система психологической помощи и поддержки военнослужащих СВО, членов их семей и волонтеров, регулярно выезжающих на ЛБС. Вероятнее всего, необходимо на законодательном уровне ввести для них обязательный курс психологической помощи. К слову, такой опыт психотерапии активно используется в МЧС. Но на уровне Минобороны России пока такой единой системы не создано.
Не ждите, что станет легче само. Дайте себе право на настоящую, профессиональную помощь!
Николай Владимирович Каклюгин, врач-психотерапевт, кандидат медицинских наук, руководитель благотворительного социального проекта «Попечение», администратор Telegram-каналов «Помощь нашей армии» и «Медпомощь фронту», член Координационного (Наблюдательного) совета Ассоциации патриотических сил юга России
В ВК-группе «Попечение»
В социальной сети «Одноклассники»
Тэги: ветераныбоевыхдействий, гибельблизких, горевание, погибшиесво, психическаятравма, психотерапиясво