Главная / Статьи / Специалистам / Наркомания / Мировая история злоупотребления наркотиками

Мировая история злоупотребления наркотиками

22.02.2022

190

От опиума к «синтетике»: тенденция отягощения пристрастия. Поищем выход ВМЕСТЕ!

«Зло не в самом лекарстве, а в человеке.»

/Джон Джонс, 1701 г./

Что можно считать на сегодняшний день самым страшным злом, захватывающим всё большее число совсем молодых людей, не способных впоследствии на нормальную полноценную жизнь? Злом, которое сначала не кажется таковым? Злом, которое сначала приносит радость, а затем превращает жизнь в кошмар? Злом, которое ломает здоровье и жизнь подчинившемуся ему человеку, всем его родным и близким? Злом, которое распространяется очень быстро, при этом поражая не только тело, но и душу человека? Одни с помощью этого зла зарабатывают деньги, другие – пытаются убежать от не устраивающей их реальности, третьи – ищут новые ощущения, пытаясь всё попробовать в жизни. Это и война, и стихийное бедствие, и эпидемия одновременно. Вырваться очень трудно, практически невозможно. Это зло – наркотические вещества.

Злоупотребление наркотиками, известное с древнейших времен, сейчас распространилось в размерах, тревожащих всю мировую общественность. Даже при сужении, с точки зрения наркологов, границ наркомании до юридических приемлемых, во многих странах проблема наркомании переросла в социальное бедствие. Наркотические мафии управляют государствами (Латинская Америка), имеют свои армии (Юго-Восточная Азия). Доходы подпольных корпораций по торговле наркотиками превышают известные доходы от торговли нефтью и приближаются к мировым доходам от торговли оружием. Особенно гибельно злоупотребление в молодежной среде – поражается и настоящее, и будущее общества. Полная, с точки зрения наркологов, картина распространения злоупотребления, включающая формы токсикоманий, еще более трагична. Вещества и препараты, не включенные в список наркотиков, как правило, еще более злокачественны, приводят к еще большему ущербу для индивидуума, а затем и для общества в целом.

История появления и распространения наркотических веществ

Может показаться, что наркотики появились не так давно, вследствие развития химии, медицины и других естественных наук, а также быстрого научно-технического прогресса. Однако это не соответствует истине. Наркотики знакомы людям уже несколько тысяч лет. Их потребляли люди разных культур и в разных целях: во время религиозных обрядов, для восстановления сил, для изменения сознания, для снятия боли и неприятных ощущений. Уже в дописьменный период мы имеем свидетельства того, что люди знали и использовали психоактивные химические вещества: алкоголь и растения, потребление которых влияет на сознание. Археологические исследования показали, что уже в 6400 г. до н.э. люди знали пиво и некоторые другие алкогольные напитки. Очевидно, процессы брожения были открыты случайно (виноградное вино, между прочим, появилось только в 4-3 вв. до н.э.). Первое письменное свидетельство использования интоксикантов – рассказ о пьянстве Ноя из Книги Бытия. Использовались и различные растения, вызывающие физиологические и психические изменения обычно в религиозных обрядах или при проведении медицинских процедур.

С древнейших времен человечеству известно наркотическое, успокаивающее и снотворное действие мака. Тремя коробочками мака увенчана голова статуи богини исцеления минойской культуры (III век до н. э.). Головка мака фигурирует также во многих мифах Древней Греции как символ забвения боли, мук, страданий (oblivionem doloris).

Засохший млечный сок надрезанных коробочек мака – опий (опиум) – вероятнее всего, применяли уже в микенскую эпоху (XIV-XII века до н. э.). Британский египтолог Р. Томпсон в 1924 г. сообщил о фактах сбора и медицинского использования опиума, упоминаемых в древнеегипетских рукописях VII века до н. э.

Слово “opion” имеет греческое происхождение и в переводе обозначает растительный сок. Действие продуктов мака связано с содержащимися в них алкалоидами, которых насчитывается от 25 до 90. В европейской медицине производные мака и опиума называли narcotica вследствие их выраженного снотворного действия и способности изменять психическое состояние (от греч. narkótikуs означает «онемение» или «оцепенение»). Случаи употребления опиатов уходят своими корнями глубоко в прошлое. Растение мак, из которого их получают, пришло к нам из Месопотамии. Его знали в Малой Азии, Египте, Греции и других древних странах. Письменные документы, подтверждающие использование мака в лечебных целях, известны ещё в VII веке до нашей эры. Некоторые врачи древности (Гиппократ, Плиний, Вергилий, Теофраст) уже в V-IV веках предостерегали от опасного действия мака как лекарства, имеющего различные названия: “мекоикон”, “диакодон”, “тебакиум” и прочие. Несмотря на столь длительное использование снотворного мака и его препаратов, ни в одном  трактате, дошедшем до нас из древних времён, не упоминается о каких-либо токсических воздействиях опиума и не даётся опознавательных описаний возможной наркомании. Опасное свойство опиума способствовать развитию зависимости не было описано вплоть до конца XIX века, хотя первые предостережения об этом факте появляются между V и VII веками до нашей эры. По-видимому, уровень развития медицинских знаний того времени не позволял в полной мере осознать проблему наркомании.

До начала 20 века практически не существовало ограничений на производство и потребление наркотиков. Иногда делались попытки сократить или вообще запретить использование определенных веществ, но они были непродолжительными и, как правило, неудачными. Например, табак, кофе и чай были поначалу встречены Европой в штыки. Первый европеец, закуривший табак — спутник Колумба Родриго де Херес – по прибытии в Испанию был заключен в тюрьму, так как власти решили, что в него вселился дьявол. Было несколько попыток объявить вне закона кофе и чай. Известны и случаи, когда государство не запрещало наркотики, а наоборот содействовало процветанию торговли ими. Лучший пример – вооруженные конфликты между Великобританией и Китаем в середине 19 века.

В XVII веке испанцы, торгуя на Филиппинах и в Южном Китае, завозят в эти страны табак. Тогда же голландцы ввели обычай добавлять в табак опиум. Голландцы считали это верным средством борьбы с малярией, китайцы же поняли его как способ опьянения. От курения табака с опиумом до курения чистого опия был один шаг: обычай курения опия привился достаточно быстро. В стране развилось опиокурение, принявшее массовый характер. В 1729 г. эдиктом императора Юнг Чанга, а в 1800 г. – императора Киа Конга запрещаются продажа опия для курения и содержание курилен в Китае. Таким образом, была предпринята попытка остановить нарастающую эпидемию. Невзирая на принятые меры, Англия и Голландия в погоне за прибылью продолжали контрабандный ввоз в Китай огромных количеств опиума. В конце XVIII века вся опийная торговля монополизируется в руках Ост-Индской компании. Попытка силой защитить страну от ввоза опиума приводит к так называемым «опиумным войнам» Китая с Англией, позже – с Францией, которая продолжалась на протяжении 19 лет, с 1839 по 1858 год. В результате был подписан Тиенсинский договор, по условиям которого импорт опиума в страну был продолжен, но теперь получил право самостоятельно устанавливать высокие таможенные пошлины. Торговля опиумом сократилась и, в конце концов, прекратилась

Поражение Китая в войне с Японией в 1894–1895 гг., обусловленное в значительной мере широким распространением опиомании среди солдат, заставляет китайское правительство вновь начать активную борьбу с курением опия. В 1906 г. созданная Противоопийная комиссия ставит перед верховной властью Китая вопрос об острой необходимости проведения соответствующих реформ. Ввоз опия постепенно прекращается, но потребность в нем у части населения осталась, что привело к росту незаконного культивирования снотворного мака по всей территории. Быстрый рост и успешное культивирование мака в стране резко снизили его стоимость на внутреннем рынке, сделали его более доступным для беднейших слоев населения. В настоящее время в Китайской Народной Республике законодательно закреплена возможность применения смертной казни в отношении лиц, незаконно реализующих местному населению любые наркотические вещества.

В Европе одним из первых врачей, использовавших опиум для облегчения боли и страданий своих пациентов был Томас Сиднехам, писавший в далеком 1680 году: «Среди лекарств, которые Всемогущий Бог предоставил людям, ни одно не является таким универсальным и эффективным, как опиум». Еще столетие он оставался таковым, несмотря на то, что был широко доступен в форме лауданума, различных напитков и множества мощных медикаментов. Почти всегда его потребляли энтерально (внутрь через рот) и главным образом в медицинских целях, гораздо реже его курили с целью достижения состояния наркотического опьянения. В течение следующего, XIX-го, столетия было сделано множество открытий, которые поставили западное общество перед фактом быстрого формирования синдрома зависимости от приема опиума. Удовольствия, связанные с употреблением опия, стали известны широкой публике после выхода в свет книги английского поэта Томаса де Куинси «Исповедь человека, употребляющего опиум», которая превозносила действие опиума до небес и включала несколько, ставших известными, цитат, например, эту: «…ты владеешь ключами от рая, о, неуловимый и всемогущий опиум!». На Западе не сразу поняли, что энтеральное (пероральное) употребление опиума вызывает такую же зависимость, как и курение его, но по мере того, как употребление опиума, сопровождающееся изданиями, подобными книге де Куинси, распространялось все шире, опиум уже не рассматривался как исключительно лекарственное средство.

В 1701 г. в трактате «The mysteries of opium revealed» лондонский врач Джон Джонс впервые описал эффект неожиданного прекращения использования опиума после долгого его употребления, т. е. синдром отмены. При этом он почти подошел к описанию наркомании, но не смог оформить свои мысли в концепцию наркотической зависимости и отличить злоупотребление опиумом от злоупотребления алкоголем и никотином. Так, после описания признаков «длительного употребления опиума» он писал: «Нет доводов против того, что опиум калечит дух намного больше, чем вино или еда, пресыщение которой намного опаснее». И далее: «Зло не в самом лекарстве, а в человеке».

Во многих описаниях путешествий по странам Востока того времени часто упоминались мрачные картины употребления опиума, которые оправдывались традициями этих стран. Хайген, путешествовавший по Восточной Индии, одним из первых описал развитие толерантности и физической зависимости: «Тот, кто привык к нему (опиуму), должен принимать его ежедневно, иначе он обречен на смерть или самоуничтожение. Тот же, кто никогда не употреблял его, в случае если ему представится возможность принять дозу, привычную для потребляющего, умрет непременно» (цит. по J.H. von Linschoten, 1885). В воспоминаниях путешественника Крампа о странах Востока написано: «… подобно вину и спиртным напиткам в цивилизованной Европе, в этих странах поддерживается трусость, утешение в несчастье постоянным потреблением наркотиков». И далее: «Магометане, по-видимому, во всех четырех частях света более расположены к наркомании, к потреблению опия, нежели спиртного и других возбуждающих напитков, что, по-видимому, обусловлено их религиозными традициями» (Крамп, 1793). У Крампа истории впервые встречаются со словом «наркомания», по-итальянски «addicted», что в те времена, по мнению Соннедекера, было равнозначно по смыслу «пристраститься к чему-либо, к какой-либо разновидности порока по законам античного Рима», равносильно «плохой привычке». В значении патологической зависимости слово «наркомания» вошло в употребление значительно позже, когда проблема наркомании в медицинском смысле переросла рамки «плохой привычки».

Существенным фактором, стимулировавшим развитие наркомании как болезни, стало открытие опиумного алкалоида морфина немецким химиком-фармацевтом Фридрихом Сертюрнером из Ганновера. Сертюрнер начал свои исследования по выделению активного начала из опиума в 1803 г., тогда же французский фармацевт Дерозе выделил из опиума некое кристаллическое вещество, так называемую «опиумную соль». В 1805 г. Сертюрнер опубликовал статью об открытии «опиумной или меконовой кислоты» — алкалоида, названного впоследствии «морфием», и описал его основные свойства. Название было взято из греческой мифологии и подчеркивало снотворный эффект полученного вещества. Современное название алкалоида – «морфин» – было предложено позже Гей-Люссаком. Выделение и очистка морфина впервые открыли перспективу получения активных веществ в чистом виде из растительных и животных тканей. Их внедрение в медицинскую практику позволило сменить неспецифическую терапию на рациональную. Сертюрнер сам попытался воспроизвести клиническую картину «морфийной» интоксикации на животных. Перспектива, которую открывала возможность использования морфина в терапии, была обнаружена им на себе самом, что чуть не стоило ему жизни (1817), после чего он стал воспроизводить эффект морфина исключительно на животных. В исследованиях Сертюрнера были выявлены и описаны две принципиально важные особенности хронического введения морфина: «страстное желание наркотика» (по современной терминологии – психическая зависимость) и «приобретенный иммунитет к лекарству» (то есть толерантность).

Сначала французская Академия Наук предложила использовать морфий как наиболее эффективное средство для лечения алкоголизма. В 1832 году из морфия было синтезировано новое наркотическое средство кодеин и чуть позже для этих же целей стали использовать и его. Эту идею подхватили в других странах Старого Света. И действительно, алкоголик, начиная принимать морфий (или кодеин), утрачивал всякий интерес к любому алкогольному напитку, но вырваться из плена болезненного пристрастия к морфию (кодеину) уже не мог. В итоге у пациентов это приводило к замене одной зависимости на другую, еще большую. Кодеин использовался при кашле и состояниях “нервности” (входил в пропись микстуры Бехтерева), морфий – как анальгетик, при болевом шоке, при психическом возбуждении, а также бессоннице. Почти в тоже время его впервые попробовали применять для лечения наркоманов с опиумной зависимостью. Таким образом, из изначально благих побуждений было создано новое поколение наркоманов. Опасность быстрого развития привыкания к приёму чистых алкалоидов опия резко возросла с изобретением метода впрыскивания (injectio) лекарственных препаратов эдинбургским доктором А. Вудом в 1853 году. Чуть позже Правац усовершенствовал прибор для парентерального (через кровь) введения лекарственных веществ. Так появился шприц для инъекций. Морфинизм развивался чрезвычайно быстро на протяжении всего XIX века, и в первой половине XX века, что в большей степени было связано с ведением на тот момент практически повсеместно широкомасштабных военных действий. Раненым в госпиталях для облегчения боли очень часто давали морфий. Введенный подкожно без особых усилий, обладая быстрым и сильным обезболивающим действием, он становится главным средством при лечении тяжёлых ранений. Первыми жертвами медицинского прогресса стали солдаты, получившие ранения во время гражданской войны в США (1863-1865 г.г.) и франко-прусской войны в Европе (1870 г.) Через некоторое время отвыкание от морфина становилось более трудным, чем излечение от раны. Появляющуюся вследствие этого зависимость стали называть морфиномания, или «военная (солдатская) болезнь». Уже в 80-е годы XIX века болезненное пристрастие к инъекциям морфия было широко распространено в странах Европы и Соединённых Штатах Америки, а морфинисты стали вполне обычным явлением в цивилизованных странах. Так возникла новая острая социальная и медицинская проблема – наркомания.

Как бы то ни было, смеси алкоголя и производных опиума считались на тот момент официальными средствами лечения, при длительном применении нередко способствуя развитию у пациентов тяжелейших смешанных наркоманий.

Приблизительно в тоже время, в 1859–1860 гг., Альберт Ниманн выделил из листа коки алкалоид кокаин и определил его химическую структуру.

В 1862 году немецкие химики из листьев кустарника Erythroxylon coca, привезённого путешественниками из Перу, выделили алкалоид, названный ими впоследствии кокаином. Известное от этнографов и быстро обнаруженное при передозировках общестимулирующее действие кокаина не вызвало опасений: ведь он не обладал, как алкоголь, опиаты и гашиш, успокаивающим действием. В конце XIX века, сначала в США, а затем в Европе, некоторым представителям либерального движения в психиатрии пришла в голову идея лечить с помощью кокаина большинство из известных на тот момент нервно-психических расстройств, включая алкоголизм и зависимость от морфия. Впервые подобное предложение в 1878 г. озвучил американский врач Бентли и выступил с идеей использования кокаина в качестве «заменителя» для борьбы с распространяющимся во многих странах Европы и Северной Америки морфинизмом.

Такое «лечение» переродилось в очередную проблему тех времен – зависимость от приема кокаина. Нередко больные становились жертвами двойной наркомании – морфинизма и кокаинизма. «Таким образом, была создана новая разновидность наркомании, более опасная и более бредовая, чем та, с которой велась борьба» (Майер, 1928). В то время, испробовав кокаин лично, известный многим современникам основоположник психоанализа, австрийский психиатр Зигмунд Фрейд рекомендовал, помимо вышеуказанных случаев, при болях в желудке и при астме применять именно его. В итоге он сам стал кокаинзависимым человеком, заодно “подсадив” на эту страшную отраву значительное количество заинтересованных в излечении людей. Один из его лучших друзей закончил свою жизнь в психиатрической лечебнице, став очередной жертвой смертоносной врачебной ошибки, принявшей яд за лекарство… Начиная с 1886 года, мировая пресса сообщает о распространении случаев кокаинизма среди населения “развитых” стран Запада. Первая повальная волна увлечения новым наркотиком охватила Европу в Первую мировую войну, вначале поразив воюющие армии, в первую очередь лётчиков – представителей наиболее рискованной в те времена профессии, требующей особой отваги и стойкости духа. Предупреждения врачей вызвали непродолжительное снижение случаев употребления кокаина. В 20-х годах XX века в Европе, Америке, Азии кокаинизм вновь начал набирать обороты. В большей степени это стало возможным благодаря уже налаженному массовому производству синтетического кокаина некоторыми немецкими фармацевтическими компаниями. Так провалилась очередная попытка лечения наркотической (алкогольной) зависимости с помощью другого, некогда казавшегося менее вредным, наркотического вещества.

В 1889 году известный психиатр Крепелин (E. Kraepelin) отмечал, что “морфинизм является заболеванием высших слоёв общества”, поскольку стоимость морфия тогда была очень высока и приобрести его для немедицинских целей было достаточно сложно. Он приводил статистические данные, свидетельствующие о том, что 75% морфинистов – это мужчины, половину из которых составляли врачи. В конце XIX века ситуация начала катастрофически меняться – морфинистами становились люди самых разных сословий и профессий, но самым страшным стало то, что морфий и его аналоги распространились среди самой психологически незащищённой части населения – молодежи.

В 1874 год английский химик Адлер (C.R. Adler) синтезировал новое вещество, по своему наркотическому действию значительно превосходящее морфин, как и любой другой известный опиат того времени. До 1890 года было проведено несколько исследований, в том числе и на людях, по изучению свойств полученного химического соединения. В 1898 году ученый-исследователь, фармацевт Генрих Дрессер (H. Dresser), находясь в Германии, заново открыл это химическое соединение, назвав синтезированный препарат, диацетилморфина гидрохлорид, героином. Вместе с тем он заявил, что полученное лекарственное вещество является хорошим средством от кашля, от воспаления гортани, при туберкулезе и бронхиальной астме. Кроме того, отметил, что оно в 10 раз сильнее морфина и отличается от него, по заявлениям специалистов, отсутствием зависимости и выраженным эффектом. В этом же году фармацевтическая фирма “Bayer” ввела его на рынок как противоболевое и успокаивающее средство. Кроме того, в связи с тем, что героин по своему анальгезирующему действию превосходил морфин, его стали применять для лечения морфинистов.

Только в начале двадцатого века во всем мире началась кампания за разрешение использования наркотиков строго в медицинских целях (как обезболивающие препараты). В двадцатом веке в Европе и Америке употреблялись практически одни и те же наркотики. Интересно, что много новых или «хорошо забытых старых» наркотиков было освоено сначала в Соединенных Штатах, и затем они распространились в других странах, так что Америка как бы задавала тон в международном потреблении наркотиков. Практика выписывания наркозависимым опиоидов (морфина и героина) имела место в США с 1912 до 1923 года. Однако со временем было обнаружено, что при употреблении героина формируется выраженный синдром зависимости от его приема, причем в более короткие сроки, чем от морфина. Поэтому от использования героина в лечебных целях, так же, как и от иных форм заместительной терапии, были вынуждены отказаться. В 1920 году героин изымается из больниц, а немного позже вообще из медицинской практики. Однако с того момента с огромной скоростью стал расширяться “черный”, нелегальный рынок распространения наркотиков. Справиться со взлетом наркомании и связанной с ней преступности уже не представлялось возможным. В 1923 году Министерством здравоохранения в Англии была создана комиссия под председательством Х. Роллестона, которая изучала ситуацию с немедицинским употреблением наркотиков. В 1926 году был опубликован ее доклад, где в качестве основополагающего принципа утверждалось право врачей прописывать наркотики для лечения наркозависимости. В докладе было указано, что некоторые пациенты способны вести нормальный образ жизни при приеме постоянных доз наркотика (так называемые “стабильные наркоманы”) и они должны иметь право на получение морфина и героина. Такой тактики придерживались в Англии до конца 50-х годов XX века, при этом героин и морфин для инъекционного употребления назначали врачи общей практики, получавшие на это специальное разрешение. В силу дальнейшего признания данного подхода малоэффективным, он был исключен из английской медицины. В СССР в 20-е годы прошлого века наркозависимые прикреплялись к аптекам для получения инъекционных опиатов по рецепту врача. Однако в связи с бесперспективностью подобных методов в лечении зависимости от психоактивных веществ, подобная практика была прекращена.

Очередное «решение» этой проблемы пришло вместе с новым, сильнодействующим обезболивающим препаратом, обладающим к тому же выраженными наркотическими свойствами. Он был запатентован в фашистской Германии в сентябре 1941 года под названием Hoechst 10820. Страна-завоеватель тогда остро нуждалась в лекарствах, которые могли бы эффективно снимать болевой шок у раненых солдат. Но этот синтетический анальгетик не оправдал себя из-за слишком медленно нарастающего обезболивающего эффекта. После разгрома нацистов и падения Берлина английские войска изъяли методику изготовления этого вещества вместе с другими трофеями. Название долофин препарату было дано уже американской компанией Eli Lilly после окончания войны. Оно произошло от двух французских слов: douleur – боль и fin – конец. Чуть позже, в 1954 году, название сменили на “метадон”. В Европе для заместительной терапии этот препарат впервые начал применять в 1967 г. шведский психиатр L. Gunne. Чуть позже его стали активно внедрять в качестве заместителя героина и в некоторых других странах Западной Европы и Северной Америки. К примеру, к 1972 г. в Соединенных Штатах Америки его получали около 50 000 больныx. Но накопленный к концу 70-х годов XX века практический опыт многих врачей во всём мире показал, что использование метадона в качестве заместительной терапии больных героиновой наркоманией привело к быстрому созданию следующей новой, ещё более тяжёлой в плане дальнейшего прогноза, группы наркоманов, на этот раз зависимых от метадона. Расширение программ заместительной терапии началось вместе с эпидемией ВИЧ-инфекции в 80-х и 90-х годах. Врачи стали применять больший спектр препаратов для заместительной терапии (бупренорфин, морфин, дигидрокодеин), в некоторых странах даже произошел возврат к выписыванию больным опиоидов для инъекционного применения. Благодаря усилиям фармацевтических концернов, крайне заинтересованных в получении огромных сверхприбылей от продажи этого по сути своей наркотического вещества, он продолжает через созданные при их участии общественные организации распространяться по всему миру, ставя всё больше зависимых от него людей на колени.

Таким образом, наркотик более низкого качества и короткого действия заменяется более качественным и более сильным с пролонгированным эффектом. И всегда при открытии нового наркотического препарата исследователи изначально утверждали, что он, обладая более выраженным анальгетическим эффектом, не будет вызывать столь сильную зависимость или обладать какими-либо выраженными побочными эффектами. Но, как часто бывает, практика и опыт разбивают вдребезги всякие иллюзии и красивые теории. Подробности в аналитической работе ”Подсадить нельзя вылечить?”.

Теперь на поле битвы за наших детей, братьев и сестер, супругов, желающих одурманиваться и не жить реальной жизнью, прятать свои внутренние проблемы за химическим веществом, вышли так называемые ”синтетические” наркотики, об опасности которых для государства и общества, а также личности их потребителя, подробнее в не теряющем свою актуальность материале “«Синтетическая» Россия”. Реализация так называемых “солей” или “спайсов” в настоящее время производится с использованием компьютерной сети Интернет с оплатой заказа через электронную систему оплат с последующим размещением заказа в определенном месте (“закладке”) по определенному адресу в населенном пункте заказчика. Он сообщается через SMS. В последнее время стала практиковаться отправка заказчику “спайса” или “соли” ММS-сообщения с фотографией места “закладки” без указания адреса, что еще более усложняет деятельность правоохранительных органов в пресечении такого нестандартного, дистанционного вида наркоторговли.

ОПИУМ  ß  МОРФИН (КОДЕИН)  ß  КОКАИН  ß  ГЕРОИН  ß  МЕТАДОН  ß “СИНТЕТИКА” ß ЧТО ДАЛЬШЕ?

“Солевыми” наркоманами становятся теперь и героиновые, и метадоновые. Страшно любопытно, каким наркотиком в дальнейшем предложат лечить зависимость от наркосинтетики? Как мы видим, история заместительной терапии наркомании как одной из разновидности подхода к её лечению насчитывает более 100 лет. Все эти годы ложные победы в борьбе с различного рода зависимостями в итоге каждый раз оборачивались ещё более жестокими поражениями. Неужели человечеству суждено на протяжении всей истории становления современной цивилизации постоянно “наступать на одни и те же грабли”?… К сожалению, вопрос в силу определенных обстоятельств не подразумевает ответ, поскольку в этом направлении у отечественных специалистов и их зарубежных коллег нет единого мнения.

А ведь цена его предельно высока – человеческие жизни и судьбы многих миллионов людей на планете!

Употребление человеком наркотических веществ уходит корнями глубоко в прошлое. Однако этот процесс вплоть до XIX века не представлял столь зловещей социальной проблемы, как, скажем, современное распространение и немедицинское использование героина и других, в том числе синтетических, опиатов в странах Западной Европы, Америки, а теперь и на российской территории.

Масштабы употребления различались в зависимости от географического положения, исторической эпохи, отношения общества к наркотику и налагаемых ограничений, от активности наркотического вещества, способа его употребления. Однако если на протяжении тысячелетий человечество, как правило, положительно оценивало действие опиума, то по мере развития цивилизации, совершенствования химических и фармацевтических технологий, получения активного опиумного начала – алкалоида морфина «причинно-следственные отношения между действием наркотика и сопутствующей инвалидизацией становились все более наглядными» (И.Н. Пятницкая, 1975). В ХХ веке наркомания переходит в разряд важнейших социальных проблем: вспышки героиновой наркомании в начале ХХ века в США, кодеиновой в 30-е годы в Канаде, амфетаминовой в Японии, барбитуровой в Скандинавии в 70-е и другие факты остро поставили вопрос о диагностике и определении наркомании как особого класса заболевания.

Безусловно, за последние 100 лет наркомания из проблемы, бывшей некогда предметом узкой области медицины – психиатрии, перешла в разряд общесоциальных проблем. По данным группы экспертов ВОЗ, в современном мире отмечается непрерывная тенденция к увеличению числа лиц, принимающих наркотические препараты, возрастает употребление наркотиков молодежью, активизируется употребление нетрадиционных наркотиков, широкое распространение получают синтетические наркотики типа амфетамина и лизергиновой кислоты (ЛСД), в употребление наркотиков вовлекаются представители всех социально-экономических групп общества.

Данные статистических исследований

На середину 2000-х годов в России около 7,8 миллиона жителей ежегодно обращались за психиатрической и наркологической помощью. Такие цифры обнародовала директор Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии имени В.П.Сербского академик РАМН Татьяна Борисовна Дмитриева, выступая в марте 2006 года на открывшейся в Москве международной конференции “Здоровье нации и борьба с наркотерроризмом”. “В группу риска попадают все слои населения, в том числе дети и подростки”, – отметила она в своем докладе. В то же время, по представленным данным, численность вновь выявляемых в стране наркозависимых лиц снизилась по сравнению с 2004 годом. По словам авторитетного специалиста, значительную роль в стабилизации наркоситуации сыграла созданная в 2003 году Федеральная служба Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН России). “Сегодня в стране проблемой наркомании занимаются 7 ведомств, поэтому роль ФСКН как координирующей структуры трудно переоценить”, – отметила руководитель одного из ведущих научно-медицинских учреждений страны.

По информации заместителя директора ФСКН России Александра Фёдорова, в 2005 году российскими силовыми подразделениями было изъято из незаконного оборота порядка 130 тонн различных наркотиков. Из них на долю Госнаркоконтроля приходится около 114 тонн. В том же году в России было зафиксировано 175 000 преступлений, связанных с наркотиками, что на 25 тыс. превышает данные за 2004 год. Около 75 000 преступлений было раскрыто именно сотрудниками ФСКН России, причем все это – тяжкие и особо тяжкие преступления.

Тем не менее, в России смертность среди несовершеннолетних, употребляющих наркотики, возросла в 40 раз. Такие данные привел заместитель начальника департамента обеспечения общественного порядка МВД России Владимир Голубовский, выступая в Москве на той же международной конференции “Здоровье нации и борьба с наркотерроризмом”. По его словам, “МВД России серьезно озабочено проблемой наркомании среди несовершеннолетних”. На тот момент на учете в органах МВД состоит свыше 19 000 подростков, употребляющих наркотические и психотропные вещества. Однако, как посетовал представитель МВД, эта цифра не отвечает действительности и реально гораздо выше. Голубовский также подчеркнул, что сложившаяся судебная практика стимулирует чувство безнаказанности у подростков, употребляющих наркотики, поскольку не всегда суды привлекают их к ответственности. В целях решения этой проблемы МВД при поддержке органов исполнительной власти ввели должность школьных инспекторов милиции. На сегодняшний день их насчитывается более 2,5 тысяч, рассказал Голубовский. Он также отметил, что примерно 40% школьников знают, где и как приобрести наркотики.

Дальнейшая криминализация многих видов экономической и хозяйственной деятельности, отсутствие надлежащей системы антинаркотического воспитания и пропаганды, государственной системы лечения и реабилитации больных наркоманией, при наличии широких возможностей для нелегального изготовления наркотических средств в совокупности с имеющимися условиями для контрабанды приводят к резкому расширению “черного рынка” наркотиков и увеличению спроса на них. Высокий спрос на наркотики в большинстве субъектов Российской Федерации, в свою очередь, стимулирует рост наркопреступности в первую очередь в возрастной группе 20-30 лет, отмеченный в последние годы практически во всех регионах страны.

Все более опасным явлением стало появление “семейной” наркомании, т.е. случаев, когда один член семьи вовлекает в наркоманию других. Это особенно заметно на уровне молодых семей, прежде всего в Москве и других крупных городах. По предварительным данным, таких пар насчитывается уже несколько десятков тысяч. Зафиксированы случаи, когда малолетних детей в наркоманию вовлекли собственные родители. И подобная картина наблюдается практически во всех регионах страны. В настоящее время эти цифры достигают рекордных величин. Уже ни для кого не секрет, что распространение злоупотребления наркотическими средствами и психотропными веществами в настоящее время приобрело характер эпидемии. Результаты многочисленных исследований показывают, что реальные масштабы злоупотребления наркотическими средствами и сильнодействующими веществами на несколько порядков превышают данные официальной статистики. Проблема наркоманий разного вида достигла глобальных масштабов, имеет многогранный характер, включает экономический, медицинский, социальный, духовный, правовой, педагогический аспекты. Наркоситуация в настоящее время, как серьезная самостоятельная проблема, представляет собой реальную угрозу национальной безопасности и здоровью нации. Наркомания окончательно превратилась в общенациональную проблему, несущую прямую угрозу государству. Ведь, по последним экспертным оценкам, каждый наркоман вовлекает в употребление наркотиков 13-15 человек, создавая тем самым своего рода “снежный ком” наркомании, а также на одного зарегистрированного наркомана приходится 9-10 незарегистрированных.

После ликвидации Госнаркоконтроля (ФСКН) в 2016 году наркоситуация осложнилась в еще большей степени. Монополию на контроль наркорынка вновь, как и в «лихие» 90-е прошлого века перехватило МВД. Профилактика наркомании сведена к нулю, координацию лечебно-реабилитационного сегмента социальных услуг, что ранее было поручено главой государства ФСКН России, также теперь проводить некому. Кадровый дефицит специалистов соответствующих профилей колоссальный. Большая часть работы отдана на откуп абсолютно вышедшим из-под контроля государства коммерческим и общественным организациям. Ничего не изменилось, а стало еще хуже со времени проведения научно-практических экспертных совещаний в Государственной Думе в 2014-2016 годах. Фабрикация уголовных дел по наркостатьям и иным – тема для отдельной аналитической работы, которая уже была опубликована мной чуть раньше. Конкретные свежие примеры приведены здесь.  Для усиления координации этого социально чрезвычайно значимого сектора и объединения здоровых душепопечительских организаций, взаимодействующих в первую очередь с традиционными религиозными конфессиями, создан информационно-публицистический и новостной интернет-портал «ПОПЕЧЕНИЕ», с публикацией на котором вы сейчас ознакомились.

Присоединяйтесь к проекту специалисты по социальной работе, психологи, психотерапевты, психиатры, психиатры-наркологи и по возможности священники! Оказывайте посильную поддержку неравнодушные! Выходите на связь нуждающиеся в консультациях и привлечении профессионалов родные и близкие зависимых! Контактные данные на главной странице сайта: https://popechenie.com

Николай Владимирович Каклюгин, кандидат медицинских наук, председатель регионального отделения Общероссийской общественной организации «Матери против наркотиков» в Краснодарском крае, руководитель проекта «Попечение.

В группе «Попечение» в ВК: https://vk.com/wall-210859411_9

Публикация в “Facebook”: https://www.facebook.com/groups/popechenie/posts/802065330709956/

Тэги: , , , ,

Вернутся к категории Наркомания